Анатолий Гришкьян: Я всю жизнь мечтал попасть на рижское телевидение

Интервью с инженером поддержки систем телевещания Encompass Digital Media Latvia Анатолием Гришкьяном (Anatolijs Griskjans). 

— Когда и в какой семье Вы родились, кто Ваши родители?
— Я родился в 1981 году. Мать – инженер, работала начальником смены на заводе химического волокна. Работа отца была связана с компрессорами.
К сожалению, мои родители развелись, когда мне было 2 или 3 года, поэтому я рос с отчимом. Он был оператором на водоканальной станции, следил за механизмами, которые поддерживали давление в городской сети.

— Из какого Вы города?
— Из второго по величине в Латвии – Даугавпилса.

— То есть склонности к технике были заложены с детства?
— Да, меня всегда очень интересовала техника. Машинки разбирал, наверное, как и все мальчики. Интерес к телевидению привил отчим, потому что многие его знакомые работали на телевидении, подрабатывали ремонтом телевизоров.
Друзья отчима приходили к нам домой, ремонтировали телевизионное оборудование, паяли, и я начал этим интересоваться. Именно отчим заложил мне в голову идею заняться электроникой, я потихоньку начал изучать специальные книги.

— Как Вы учились в школе?
— Средне, был хорошистом.

— А куда решили поступать после школы?
— С учетом моих интересов отчим посоветовал мне выбрать направление, связанное с телевидением. Так я нашел, как мне казалось, подходящую специальность в техникуме после 9-го класса – «Автоматика, телемеханика, связь».
Название меня заинтересовало – подумал, что-то связанное с телемеханикой. Оказалось, это вовсе не то: на направлении обучали обслуживанию систем телемеханики и связи (поездных сигнализаций, шлагбаумов) на железной дороге. Пришлось изучать. На тот момент это была престижная специализация, на нее был большой конкурс. И я готовился, чтобы после 9-го класса поступить – сдавал математику, языки.

Advertisement

Название меня заинтересовало – подумал, что-то связанное с телемеханикой. Оказалось, это вовсе не то: на направлении обучали обслуживанию систем телемеханики и связи (поездных сигнализаций, шлагбаумов) на железной дороге.

— Как все-таки Вы пришли к телевидению?
— Да, после 2-го курса я пошел на курсы телемастеров. Там преподавал инженер, который руководил одним из центров в Даугавпилсе по обслуживанию и ремонту телевизоров. Практику проходили именно в этом центре – ремонтировали телевизоры, которые были уже блочного типа. Очень долго нам объясняли теорию, но больше всего мне нравились практически занятия, где можно было все пощупать руками, поковырять, попаять.

— Это происходило одновременно с обучением?
— Да, я учился в техникуме и параллельно проходил полугодовые курсы.

— В Латвии есть обязательная военная служба?
— Была, сейчас отменили.

— Вы застали то время?
— Застал, но у меня была двухгодичная отсрочка во время обучения, а потом это все прекратилось. Начали создавать военные кафедры в вузах. Во время моего поступления как раз приняли закон об обязательной службе, и после 26-27 лет никого уже не брали.

— Куда Вы поступили после техникума?
— Я поступил на заочное отделение Рижского технического университета, потому что сразу после техникума пошел работать.

— На какой факультет?
— Проучившись два года, я выбрал специализацию «Предпринимательство» – планы немного поменялись. Но технические предметы: физику, химию – мы начали проходить с 1-го курса. Чтобы поступить в вуз, все лето я проходил на подготовительные курсы по физике и математике и параллельно искал работу: подумал, что пора уже становиться независимым, зарабатывать.
В семье не было больших доходов, поэтому я решил, что работа даст возможность оплачивать университет, ведь я собирался на заочное отделение.

В семье не было больших доходов, поэтому я решил, что работа даст возможность оплачивать университет, ведь я собирался на заочное отделение.

— Какую работу Вы нашли?
— Было тяжело найти работу, потому что в 90-е годы никого никуда не брали, зарплаты задерживали на 3 месяца. Я пошел на локомотиворемонтный завод, довольно-таки знаменитое предприятие со времен Советского союза. Взяли меня на реостатное испытание тепловозов.
После ремонта тепловоза его нужно было испытывать, причем на территории завода: к специальному стенду подгонялся тепловоз, подключался, и ты настраивал все системы для нормального функционирования – генератор, дизель, связь генератора и.т.д. Два года я параллельно учился в институте и работал.
Это было не по моей специализации, для такой работы нужно было заканчивать «Тепловозное хозяйство», что ближе к машинисту, поэтому пришлось по книжкам изучать все заново. Я изучил, сдал на высшую категорию, меня заметил один из инженеров тепловозного цеха и предложил мне: «Не хочешь стать моим помощником – помочь в работе как технолог?» Я согласился и начал практику под его руководством: занимался, учился чему-то новому. Полгода проучился, а еще через месяц освободилось место в отделе главных технологов. Они больше занимались теоретической частью – подготавливали документацию для технических процессов. Для меня начался кардинально новый этап.
Завод был советский, все работало по такой системе: пошел, схему взял; если схемы нет, заказал на другом заводе. В то время появились мобильные телефоны, меня это заинтересовало, и я начал заниматься ремонтом мобильных телефонов. Даже не ремонтом, а больше разблокировкой, потому что их подвязывали к сети. Начал помогать знакомым и друзьям, потом заказал оборудование.

Позвонил, а это был технический директор, который мне ответил: «Да, нам нужно два человека, мы как раз развиваем телевидение в городе».

Однажды ко мне пришел человек, которому надо было помочь что-то сделать с телефоном, и сказал мне: «Нам на телевидении нужен технически грамотный специалист. Я дам тебе телефон начальника – ты позвони, только не говори, от кого». Я ответил: «Да, мне это интересно, почему нет». Позвонил, а это был технический директор, который мне ответил: «Да, нам нужно два человека, мы как раз развиваем телевидение в городе».
Эта компания была уже довольно большим телевизионным провайдером, в основном работали с кабельными сетями, у них появился интернет. Меня взяли на телевизионное направление, где я занимался решением технических проблем, обслуживанием телевидения, параллельно мы создавали свой телеканал.

— Чья техническая база была у канала?
— Советские кабельные сети в городе были приватизированы одним из частников, поэтому он инвестировал в модернизацию телевизионных сетей. И таким образом запустил кабельное телевидение во всем городе.

— А собственное производство было?
— В основном мы занимались ретрансляцией каналов. У нас были спутниковые ресиверы, благодаря которым мы принимали сигнал и ретранслировали в кабельную сеть. Потом задумались о своем производстве и сделали телевизионный канал Dautkom TV – по названию провайдера. Поехали на выставку в Риге, познакомились с человеком, который курировал различные телевизионные проекты по технической части. Он сказал, что можно сделать, сколько это будет стоить, и какое потребуется оборудование.

Когда оборудование было готово для тестирования, мы поехали в Ригу, нам показали, как все работает, и мы отвезли его в Даугавпилс, установили, настроили и сделали телеканал.

Видимо, технический директор договорился с ним о реализации проекта и назначил меня ответственным за внедрение оборудования на канале. Когда оборудование было готово для тестирования, мы поехали в Ригу, нам показали, как все работает, и мы отвезли его в Даугавпилс, установили, настроили и сделали телеканал.
Утром и вечером у нас выходили новости, в остальное время была ретрансляция, потом стали запускать слайды с рекламной информацией, что тоже «забивало» эфир. Потом нам сказали, что в связи с принятием новых законов нужно, чтобы контент был на латышском языке. Поэтому пришлось закупить контент на латышском языке, чтобы заполнить необходимую часть эфира. Эти программы мы ставили в основном ночью.
Кроме новостей, мы стали делать передачи, прямые эфиры – максимально наполнять программную сетку телеканала. Параллельно я получил высшее образование и сразу поступил на специальность «Компьютерные системы» в этом же университете. В то же время я занялся предпринимательством: основал фирму, которая занималась продажей техники. Через 2 года я отошел от дел, переехал в Ригу и начал искать работу.

— На новой специальности нужно было учиться не четыре, а два года?
— Какие-то предметы засчитывались, а какие-то нужно было сдавать заново.

— То есть у Вас два высших образования?
— Я ушел в академический отпуск, потому что нужно было работать, искать жилье и его оплачивать. Учиться было интересно, два курса я закончил, сдал экзамены, но нужно было еще два года, чтоб получить диплом.

— Как возникла идея переехать в Ригу?
— Предпринимательство в Даугавпилсе не приносило прежних доходов, клиентов было мало. Мой друг уже переехал в Ригу, начал бизнес там, и я пошел по его стопам.
Я всю жизнь мечтал попасть на рижское телевидение, еще со времен, когда работал в Даугавпилсе. Этот город у меня всегда ассоциировался с телевизионной башней, которая там находится, одной из самых высоких в Европе.

— С чего началась жизнь в столице?
— На новом месте было тяжело. Мы жили в квартире, которую я снимал вместе с другом. На это время пришелся кризис, поэтому все клиенты по продажам отошли, и я начал искать работу. Сделал CV, начал рассылать, так и получил работу на телевидении. Мне позвонили, сказали, что мое резюме их заинтересовало, выслали тестовое задание.

Я сделал задание, потом несколько раз сходил на интервью.

Я сделал задание, потом несколько раз сходил на интервью. Наконец они сказали: «Да, вы нам подходите». Это была компания Viasat. Им был нужен планировщик эфира для канала «3+», который ретранслировал «Дом-2» и т.д. Я начал работать планировщиком: надо было созваниваться с ТНТ, договариваться, чтобы привозили кассеты, потом отсматривать таймкоды, вводить в систему. В то время начался бум в рекламной индустрии – нам нужно было так резать материал, чтобы вставить туда все рекламные паузы. Все выполнялось на бетакамах (не без помощи Excel): нужно было взять кассету, все отсмотреть по таймкодам, найти, где и что вырезать потом отдать ребятам, которые сидели в плейауте. Плейаут у нас уже был частично дигитализированный. Были каналы, которые шли только с кассет, два магнитофона стояли: один одну кассету крутит, другой – другую, реклама идет через компьютер, и это все сводится через микшерский пульт. С большой стопкой кассет идешь – это назавтра. Приносишь, сверху кладешь план: все таймкоды, программу, по которой все должно выходить. Готовишь программу, отсылаешь в средства массовой информации. Этим я занимался 1,5 года.

— Работа тяжелая.
— Было тяжело, потому что нужно было отсмотреть тонны кассет. Если одна кассета затерялась, а материала нет в эфире, найти его было крайне тяжело, и все это ложилось на планировщиков.

Я говорю: «Да, ухожу. Работа интересная, но я хотел бы больше заниматься техническими вопросами».

— И что произошло через 1,5 года?
— Я понял, что не хватает финансов, и мне не очень интересна такая работа – начал искать дополнительный доход. Написал заявление. Ко мне подошел технический директор и спросил: «Слышал, ты уходишь». Я говорю: «Да, ухожу. Работа интересная, но я хотел бы больше заниматься техническими вопросами». На что он ответил: «Нужен технически грамотный человек для моего плейаута. Я могу предложить какое-то количество часов, будешь приходить, заниматься». Я говорю: «Отлично». Только написал заявление – и он меня забрал под себя.
Мы транслировали канал Viasat Sport, который до сих пор существует и в основном освещает игры NBA, NHL, регби. Американский контент мы писали всю ночь из-за разницы во времени, параллельно в студии сидел комментатор, который приезжал из Москвы. Потому что у нас не было людей, разбиравшихся в бейсболе и других американских видах спорта. Мы это все записывали, потом отсматривали таймкоды, вырезали все американские паузы, вводили готовый контент в сервер, записывали и транслировали телеканал на Россию.
Параллельно началось расширение: у нас было 4 канала, и потихоньку компания Viasat стала развивать рынок в Прибалтике. У нее были спутниковые тарелки, а у нас – плейаут-центр, мы эти каналы начали запускать. Один из наших менеджеров поехал обучаться в Стокгольм и посмотрел, как в Швеции выглядят плейауты, после чего постепенно началось внедрение уже на нашем рынке.
Появились TV-3+, TV-6, TV-8 – таргетированные каналы, созданные под разную аудиторию. Один канал – для мамочек, второй – для детей, третий – для подростков. Это развитие продолжалось в 2008-2010 годах, и потом случился резкий скачок. Я так понимаю, что Viasat нашел крупного инвестора, который решил вложить большую сумму в развитие плейаута в 2010 году. Для этого было снято одно здание, и целый этаж отвели под новый плейаут. В 2012 году система заняла первое место на выставке CES, как один из лучших плейаутов в Европе. Мы потихоньку перебрались в новое здание и до сих пор там существуем.

— А как дальше продвигалась Ваша карьера?
— Моя должность называлась Master control room operator, я занимался приемом телевизионных программ со спутника, настройкой тюнеров, подготовкой к эфиру. 4-5 лет я отработал на этой позиции, а в дальнейшем меня пригласили на должность Broadcast shift engineer. Уже третий год я являюсь инженером поддержки систем телевещания. Сейчас компания называется Encompass Digital Media, и у нее по всему миру около 6 офисов: в Сингапуре, Лондоне, Риге, Аргентине и др. Оборудование размещается в этих центрах, и мы, совместно с коллегами из других офисов управляем техникой и телевизионными каналами.

Совместно с коллегами из других офисов управляем техникой и телевизионными каналами.

— А Вы не планируете обучаться в дальнейшем, чтобы перейти на качественно другой уровень? Вы же всю жизнь учитесь.
— Да, учусь. Но сейчас появилась семья, занятия спортом.

— Каким спортом?
— Пулевая стрельба.

— Надо было раньше заниматься, сейчас уже не так актуально.
— Я занимался спортивной стрельбой с детства, продолжил в техникуме, и меня настолько это увлекло, что я даже участвовал в чемпионате Европы. Сейчас я уже 2 года, как снова начал заниматься и 3 месяца назад выполнил норматив кандидата в мастера спорта. Стараюсь продвигаться, прохожу обучение, нашел тренера из Индии – общаемся по Zoom.

— А как можно по Zoom тренироваться в стрельбе?
— Можно, даже онлайн-соревнования придумали – сейчас такой удивительный мир. В Риге, в 90-х годах все секции пулевой стрельбы развалились. Остались только в других городах спортивные школы, в которых тренеры, приверженцы этого вида спорта, его, как могли, сохранили.
Я живу в Риге, тут тренера не найти, поэтому пришлось обратиться к новым методикам тренировок. Я в большей степени технический человек, меня все это интересует. В стрельбе важны спокойствие, выверенная техника, уравновешенность. Нашел и тренера, и специальную литературу, так и совершенствуюсь в этом направлении.

close

Рады, что вы с нами!

Подпишитесь, чтобы регулярно получать замечательный контент.

Мы не спамим! Прочтите нашу политику конфиденциальности, чтобы узнать больше.

Advertisement