Томас Ридель: В Лиллехаммере я поместил оборудование в морозилку — доказать, что оно работает и в холоде

Томас Ридель: В Лиллехаммере я поместил оборудование в морозилку - доказать, что оно работает и в холоде

Интервью с основателем и исполнительным директором Riedel Communications Томасом Риделем.

 — В какой семье Вы родились, чем занимались родители?

Я немец и родился здесь, в Германии. Более того, я до сих пор живу в городе, где родился. У меня два брата и две сестры. Родители бизнесмены, но совершенно в иной сфере: они были флористами и имели цветочные магазины. Конечно, этот бизнес отличается от моего, но все же, благодаря родителям я узнал многое о бизнесе и предпринимательстве.

Как я уже сказал, я все еще живу в родном городе, Вуппертале. Здесь я учился в школе, здесь же начал свой бизнес. Фактически я начал свой бизнес еще до того, как окончил школу. Я не учился в университете, так как это просто не случилось. Бизнес возник из моего хобби. Еще учась в школе, я начал организовывать вечеринки. Мне была нужна для них световая и звуковая техника, которую я приобрел. Было логично создать на этом бизнес, и я начал заниматься прокатом этого оборудования.

— Как отнеслись родители к этому увлечению?

Мне еще оставалось два года учебы в школе, когда я уже начал свое дело. После окончания школы я спросил у родителей, что они думают о моем будущем: следует ли мне поступить в университет или сначала попробовать развить свой бизнес. Они были за бизнес и очень меня поддержали. Благодаря этому я сейчас являюсь тем, кем стал. Как видите, университета в моей жизни еще не было, но, кто знает, возможно когда-нибудь я поступлю!

— Как получилось легально открыть бизнес в 16 лет?

Advertisement

Я родился в 1968 году, когда я зарегистрировал свою компанию, мне было 18 лет. Это очень необычно. Начать бизнес в таком молодом возрасте в те годы было редкостью, но я это сделал. Я никогда не боялся рисковать, научился этому у родителей. Если вы растете в семье, занимающейся бизнесом, то это нормально ориентироваться на прибыль и клиентов. Поэтому я не считал свой поступок рискованным, это было нормальным явлением. Просто взял и начал. Поначалу, куда бы я ни пошел, меня спрашивали, почему отец не пришел сам, а послал меня. Я не понимал, что они имели в виду. Мой отец – флорист, а мы говорим о технологиях. Первые лет 20 люди думали, что я «второе поколение», хотя я основатель! Сейчас меня перестали спрашивать. Я уже старый, мне 53 года.

— Какой сделали первый шаг? Как оказались в этой индустрии? Учитывая то, что родители были флористами, а Вы заинтересовались техникой.

Тут надо отметить два момента. Во-первых, технологии. Это началось с вечеринок, которые я организовал. Устанавливал усилители звука и прожекторы, и это было опытом, обучением на практике. Во-вторых, искусство. В 10-12 лет я был фокусником, выступал на различных шоу. Это еще одно хобби. Таким образом, мой путь в бизнес – это комбинация любви к развлечениям и выступлениям на сцене с изучением технологий. На начальном этапе я организовывал мероприятия и предлагал технологии. К примеру, в местном банке устроили вечеринку для молодых сотрудников, и меня наняли для организации мероприятия и установки оборудования. Пришлось продумать и шоу-программу, то есть я делал все, на чем мог немного заработать.

томас ридель

— Что дальше?

Примерно в 1991 году для одного крупного мероприятия мне понадобилось несколько радиоприемников. Вот я и купил пять раций Motorola, которые потом тоже стал сдавать в аренду. И это был шаг на новый уровень. Я видел, что на них большой спрос, запросы поступали со всей Германии. Их количество быстро выросло с пяти до 50 и до 500. Эта услуга существует у нас и сегодня, мы имеем 40 000 радиоприемников, и, вероятно, это самый большой прокат приемников в мире. Таким образом этот шаг, с одной стороны привел меня к аренде, а с другой стороны – к системам связи. То есть, к интеркому.

— Когда и с каких продуктов начали заниматься производством?

Все с тех же радиоприемников. Моим клиентам нужна была связь между приемниками и собственными системами внутренней связи. Поэтому мы положили радиоприемник Motorola в коробку и собрали вокруг него электронику. Так родился первый продукт под названием RiFace! После чего я связался с рядом вещательных и телерадиокомпаний, они все купили мою коробку.

— Когда пошли крупные заказы?

Мне говорили, что я могу сделать больше с помощью систем внутренней связи. Так как я ничего о них не знал, то мне пришлось изучить эти системы. Исходя из этих знаний, я построил свой первый интерком. Постепенно он перерос в большую систему внутренней связи. Безусловно, мне повезло – у меня были хорошие клиенты. Я участвовал в зимних Олимпийских играх в Лиллехаммере, это была первая крупная система внутренней связи, созданная мной. Все сработало очень хорошо, и оттуда у меня появилось больше клиентов.

Следующий большой шаг сделал, когда я смог убедить австрийскую государственную телекомпанию ORF. Им была нужна новая система внутренней связи для центра в Вене. Каким-то чудом я смог убедить их выбрать меня. Это был заказ на продукт, которого в то время даже не существовало. То есть мне дали заказ, основываясь на концепции. Это концепция внутренней сети Artist, который до сих пор является нашим основным продуктом. Конечно, были различные поколения оборудования, и программное обеспечение развивалось в течение многих лет. Но название и основа все те же, со второй половины 90-х годов. Этот продукт сделал мою компанию действительно международным игроком.

— Когда возникла необходимость набирать сотрудников, и кто занимался производством?

Хороший вопрос. На начальном этапе развития компании вы, как правило, не можете позволить себе высококвалифицированных специалистов. Поэтому я работал вместе с друзьями и членами семьи. Многое было организовано на основе того, что мы имели и умели. Конечно, когда я создал первую систему Artist, частью группы стали инженеры-программисты и электронщики. Несмотря на отсутствие инженерного образования, я думаю, как инженер. Предпринимательского опыта у меня тоже нет, но я могу мыслить и коммерчески. Я как бы «свой» везде. Штат Riedel сегодня составляет почти 700 человек. У нас 25 офисов в разных странах мира.

— Это большой успех, не у каждого такое может получиться.

Да, иногда мне самому кажется, что это все сон. Мы начали с нуля – мне пришлось даже спросить у мамы, будет ли она и дальше готовить для меня и стирать. Она ответила: «Конечно, просто живи в нашем доме, и ты можешь вкладывать деньги, которые ты зарабатываешь, в бизнес». А сегодня я не побоюсь сказать, что с нашими технологиями мы являемся ключевым игроком в вещательном бизнесе. Теперь это огромный ассортимент продукции для аудио- и видео-инфраструктуры. Я удивил даже себя этой историей успеха. Должен сказать, я горжусь. Я горжусь тем, чего добилась наша команда за эти годы.

Томас Ридель: В Лиллехаммере я поместил оборудование в морозилку - доказать, что оно работает и в холоде

Как случилось, что маленькая компания получила контракт с Олимпийскими играми в Лиллехаммере?

Олимпийские игры в Лиллехаммере – это отдельная история. Имейте в виду, что нельзя сравнивать Олимпийские игры начала 90-х с Олимпийскими играми сегодня. В то время технологии не были настолько развиты, и Игры были меньше по сравнению с сегодняшними. Безусловно, это большое глобальное событие. Однако Оргкомитет ошибся в планировании. Они совершенно забыли, что им нужна система внутренней связи для церемоний открытия и закрытия. Об этом они узнали только в ноябре, а Игры должны были стартовать уже в январе. За такие сроки невозможно что-то сделать. Кто-то из Германии, участвовавший в Олимпийских играх, порекомендовал им меня. Когда они позвонили, то я ответил: «Конечно, я справлюсь!» Они сказали, что их инженер приедет в Германию, чтобы посмотреть на компанию.

— Они поверили, что у вас все получится?

Я начал думать, что же сделать, чтобы их убедить. На Олимпийских играх в Норвегии очень холодно, подумал я и купил большую морозильную камеру. В неё поместил все оборудование, чтобы доказать, что оно будет работать и в холодную погоду. Когда их сотрудник приехал и увидел все мое оборудование в морозильной камере, он улыбнулся и сказал: «Это настоящее испытание!» Это все, что я мог им показать, но, очевидно, я поступил правильно, потому что получил контракт. Думаю, честно говоря, альтернативы у них не было. Времени оставалось мало, но мы сделали все, чтобы оборудование заработало.

— Действительно, похоже на чудо. Как в сказке!

Возможно, это связано с моим опытом «волшебника». Потом я всем рассказывал, что это было похоже на выступление на сцене. Сегодня подобное «чудо» стало своего рода частью маркетингового аспекта Riedel. Если вы следите за нами, то знаете, что мы делаем на крупных выставках. Однажды на пресс-конференции в NAB в Лас-Вегасе я разрезал коробку бензопилой. Кто знает о том, что я занимался фокусами, знает, откуда это взялось. Так что все это проистекает из взросления в семье предпринимателей, увлечения волшебством и интереса к инженерии. Я говорю, что занимаюсь своего рода магией, и мне нравятся технологии. Единственная разница в том, что проекты стали крупнее, и команда такая большая, что мы можем делать огромные шоу.

— Основать бизнес в 18 лет легко?

Чтобы зарегистрировать бизнес в Германии, вам просто нужно обратиться в городские власти и заплатить пошлину. Сегодня она составляет около 10 евро. Вы также подписываете бумагу о том, что у вас есть бизнес. Это был очень простой процесс. Но я понятия не имел, что это означало – нужно было подавать налоговые декларации и тому подобное, я понятия не имел, как это делать. Изучение технологий было процессом «обучения на практике». С бизнесом так же.

— Отсутствие университетского образования не мешало вести бизнес?

Нет. Я никогда не учился в университете. Похоже, моя жизнь – это и есть мой университет. Но, как ни странно, сейчас глава Вуппертальского университета – мой очень хороший друг. Получается, что у меня тесная связь с университетом в моем родном городе и со многими другими университетами. В Riedel очень много инженеров и докторов наук. Я всегда им шутя говорю: «Ребята, вы слишком много времени проводите в университете!» На самом деле я это очень уважаю. Я считаю, что речь идет о правильном балансе. Вам нужны люди как с большим жизненным опытом, так и с очень хорошим образованием. Если получится их правильно смешать, то у вас будет отличный баланс и отличная команда. Наверное, это часть нашего бизнес-секрета.

А в школе как учились? Смогли бы поступить в университет, если бы захотели?

Теоретически – да. Я был, честно говоря, очень плохим учеником. Когда я окончил школу, я не знал ни слова по-английски. Из-за английского, французского, математики, немецкого – всего, чему учат в школе, я даже оставался на второй год. Я дважды ходил в 7-й и 10-й классы, потому что меня всегда интересовало все, кроме школы.

Томас Ридель: В Лиллехаммере я поместил оборудование в морозилку - доказать, что оно работает и в холоде
Томас Ридель

— Но мы сейчас общаемся на английском!?

Конечно, я улучшил свой английский. Мне помог один парень, сейчас он является нашим генеральным менеджером в Великобритании. А когда я встретил его, он работал на одного из наших конкурентов. Некоторое время в 90-х я был дистрибьютором этой компании в Германии. Это помогло мне узнать о системах внутренней связи до того, как запустить свою собственную систему. Так вот, мы с этим парнем заключили сделку: каждый раз, когда он поправлял меня, я должен был ему выпивку. Наверное, со всеми напитками, купленными мной, он мог бы постоянно быть пьяным. Конечно, это не факт, но зачастую люди из вежливости не поправляют вас, когда вы делаете ошибки. Безусловно, учиться очень важно. Я бы не сказал, что сегодня говорю идеально, но, как видите, могу общаться.

— Родители, наверное, были шокированы тем, что у них такой умный ребенок, который совсем не интересовался школой?

Вообще-то нет. Поскольку они оба флористы, то и они не учились в университете. В моей семье учиться не принято. Но я могу вам сказать, что они были обеспокоены тем, что у меня никогда не будет приличного дохода. Я доказал, что они ошибались. Родители очень горды, что моя карьера довольно успешна.

В 20 лет Вы заключили контракт с оргкомитетом Олимпийских игр. Это вывело компанию на международную арену. Как сложилось дальнейшее ее развитие?

Я придерживался двух принципов. Один из них очень немецкий. Это к тому, что немцы обычно известны своим инженерным мастерством: точностью, своевременностью и качеством. Все это очень важно для Riedel. В то же время немцы не самые веселые люди. Я не такой, наверное, благодаря моей маме, австрийке. Отсюда вытекает второй принцип –непредубежденность. Я открыт для других менталитетов, культур, людей. Важно то, что все мы уважаем друг друга. Если вы не предубеждены и пытаетесь адаптироваться к людям, вы также можете быть успешны в бизнесе.

Как ни странно, это восходит ко временам работы фокусником. Я показывал один и тот же спектакль и детям, и взрослым, но это было два разных представления. Я имею в виду, что с людьми надо разговаривать по-разному, в зависимости от того, кто они. Если вы разговариваете с театром – я вел дела с Большим театром в Москве – вы общаетесь иначе, чем с BBC. Опыт адаптации к своей аудитории в качестве фокусника очень помог мне в бизнесе. Я думаю, что для международного развития понимание людей – это действительно фундаментальное понятие.

— Где был открыт первый международный офис Riedel?

Первый офис за пределами Германии мы открыли в Австрии. Причина очень проста – у нас был контракт с австрийским телевидением. Если вы посмотрите, как развивался наш бизнес, то увидите, что он начинался с Германии, а затем переместился в соседние страны. Я побывал в Австрии и Швейцарии – немецкоязычных странах. Это тоже было довольно близко с культурной точки зрения. Затем я поехал в Великобританию, Францию, Испанию, Нидерланды… все шло постепенно.

Вначале решили освоить рынок Европы?

Я не следовал каким-то правилам, и поэтому в начале 2000-х открыл офис в Австралии. С логической точки зрения это не имеет смысла, но я встретил на торговой выставке человека, который хотел поработать со мной. Он был австралийцем. Это показатель того, что я могу кое-что планировать, но на самом деле у меня нет большого генерального плана, что тоже необычно. Если появляется возможность, почему бы не воспользоваться ею? Так возникли некоторые офисы, например, в Сиднее. Австралия – очень хороший рынок для нас. Приятно знать, когда идешь в один из самых главных театров Австралии (мы работаем с Сиднейским оперным театром) или в Большой театр в Москве, что мы тоже там есть.

Почему выбрали стратегию открытия собственных офисов вместо работы с дистрибьюторами за рубежом?

Я понял, что для создания хороших продуктов, необходимо поддерживать очень тесный контакт с пользователями. Конечно, это не такое строгое правило, мы также работаем и с партнерами в определенных странах. Однако считаем, что в достаточно больших ключевых странах, у нас должен быть собственный офис, и мы должны напрямую контактировать с клиентами. Это не способ быстрого зарабатывания, потому что, как правило, на то, чтобы полностью утвердиться, уходят годы, но в долгосрочной перспективе это лучшее решение. И гораздо надежнее, чем просто иметь дело с партнерами и мало знать о своих клиентах. Есть определенные рынки, которые для этого слишком малы. В Юго-Восточной Азии, например, страны очень маленькие, чтобы иметь офис в каждой из них. Но в некоторых более крупных странах нам обязательно надо присутствовать самим.

Томас Ридель: В Лиллехаммере я поместил оборудование в морозилку - доказать, что оно работает и в холоде

— Как проводите жизнь вне работы?

Думаю, вы уже поняли, что я не отделяю работу от свободного времени. Для меня это все «время жизни». Разговаривать с вами так же приятно, как и с семьей. Я стараюсь, чтобы большинство вещей в моей жизни приносило удовольствие. Я семейный человек, хотя у меня нет детей. У меня 12 племянников и племянниц, и я очень хорошо с ними лажу. Я всегда говорю, что они хороши тем, что они приходят, а потом уходят. Я очень близок со своим братом, который тоже живет в нашем городе.

Люблю играть в игры и гулять на природе. Могу расслабиться, хотя люди называют меня трудоголиком. Мне очень нравится смотреть Netflix. Кстати, они наши клиенты, мы недавно получили от них новый крупный заказ. Когда я трачу немного денег на свою учетную запись Netflix, мне кажется, что я что-то отдаю взамен. Надеюсь, они потратят их на приобретение новых продуктов Riedel. То же самое и с Apple, Microsoft, LinkedIn, Facebook… все они являются клиентами Riedel. Я также люблю путешествовать, будь то по делам или в частном порядке. Но на самом деле это похоже на бизнес. Это должно быть весело, нужно найти баланс. Я – активный человек, но и расслабляться умею.

 

close

Подпишитесь

на нашу рассылку!

close

Рады, что Вы с нами!

Подпишитесь, чтобы регулярно получать контент!

Advertisement