Ярослав Городецкий: В наших планах оставаться самой передовой компанией в отрасли

Ярослав Городецкий: В наших планах оставаться самой передовой компанией в отраслиИнтервью с генеральным директором CDNvideo Ярославом Городецким. Опубликовано в TKT #06 (722) 2020.

– Где Вы родились, из какой Вы семьи?
– Моя семья довольно известна на протяжении нескольких поколений. Двоюродный прадед – Сергей Митрофанович Городецкий – известный поэт серебряного века. Родной прадед – Борис Митрофанович Городецкий – был известным этнографом, в содружестве с представителями нескольких народов Северного Кавказа разработал и создал для этих народов письменность на базе «кириллицы». Также известен тем, что в годы Первой мировой войны организовал помощь армянским беженцам во время геноцида.
Дедушка и бабушка были инженерами водного транспорта, участвовали в строительстве мелиоративных систем на территории Советского Союза. Деда чуть не репрессировали в 1937 году, в последний момент он успел сбежать из Москвы на Северный Кавказ, там и родился мой отец в июле 1941 года, практически под бомбежкой. Так что моя семья чудом уцелела в то страшное время.
Уже позже, после войны, отец поехал завоевывать Москву, поступил в Физтех, окончил его, защитился, стал кандидатом наук. Всю свою трудовую деятельность занимался образованием и научными исследованиями, в 80-х годах создал и возглавил первую в России кафедру эргономики в МАТИ, затем в МАИ, стал профессором. И до сих пор, в свои 79 лет, отец продолжает читать лекции, и вдохновляет меня своим трудолюбием и созидательной энергией.

В свои 79 лет, отец продолжает читать лекции, и вдохновляет меня своим трудолюбием и созидательной энергией

Дед по маминой линии был одним из руководителей авиационного завода, который сейчас входит в холдинг «Сухой», строил завод в Комсомольске-на-Амуре, где сейчас выпускают Super Jet и другие российские самолеты.
Так что у нас типичная семья советской технической интеллигенции. Ну, соответственно, я тоже пошел по стопам родных.

– А кем работала Ваша мама?
– Мама работала в конструкторском бюро на заводе у деда. Но большую часть времени она, конечно,занималась воспитанием детей, за что лично я ей очень благодарен.

– А Вы какой ребенок по счету?
– Второй из трех, средний. На моей старшей сестре, скажем так, родители оттачивали свои педагогические навыки: она человек очень образованный и талантливый, но со сложным характером. Сначала она закончила с отличием МГИМО, стала работать в зарубежной компании и зарабатывать большие деньги, потом все бросила и пошла учиться в ГИТИС, а сразу после его окончания вышла замуж и уехала в Норвегию, где сейчас и живет. И там она достигла больших высот: работает аудитором местной счетной палаты, что, в принципе, довольно удивительно для эмигрантки. Ведь Норвегия, фактически, очень закрытая страна, пробиться там очень сложно! А она смогла. Мне кажется, если бы сестра жила в Москве, то точно оказалась бы в списке российского Forbes, по крайней мере, в женском.

если бы сестра жила в Москве, то точно оказалась бы в списке российского Forbes

Брат тоже менял сферу деятельности: сначала уехал в Норвегию, учился там в экономическом университете, потом бросил его и вернулся в Москву, чтобы поступать в Литературный институт. Он успешно его закончил, защитил кандидатскую диссертацию и сейчас является известным переводчиком с немецкого языка, лауреатом многочисленных премий.
Сам я не такой разносторонне развитый человек, всю жизнь «копал» в одном направлении. Я получил образование на Физтехе, потом поехал в Америку и там учился в Университете Кларка (в городе Вустер, штат Массачусетс). Также я очень многому научился в телекоммуникационной компании Orange (тогда называлась Global One), куда я попал еще за 2 года до окончания Физтеха.

– Вы хорошо учились в школе?
– Нет, честно говоря, не очень. Сначала я учился вместе с детьми дипломатов на Кутузовском проспекте, 6. А последние два года – в физмат-классе уже в новой, «рабочей» школе, где, кстати, я познакомился с будущими инвесторами.

Advertisement

в физмат-классе «рабочей» школы я познакомился с будущими инвесторами

С теми самыми, которые спустя 18 лет после выпускного помогли мне основать компанию CDNvideo.

– А какую специальность Вы выбрали в вузе?
– Cначала учился космической физике, потом перешел на кафедру математического моделирования физических процессов. Там как раз вместе со мной учился нынешний сооснователь и технический директор компании CDNvideo.
На четвертом курсе я перешел на другую кафедру – «Телекоммуникационные сети и системы», которая готовила будущих архитекторов российского Интернета. Уже тогда я понимал, что не буду заниматься наукой по старым лекалам.
В 1998 году я получал полторы тысячи долларов, что, по меркам того времени, было немало для студента. Но все же я решил, что надо попробовать посмотреть на Земной шар с другой стороны. Случайно познакомился в интернет-чате с аспирантом американского университета, который предложил к ним поехать. Уволился с работы и уехал учиться в США. И это, действительно, был весьма полезный опыт.

– Сколько прожили в Америке?
– 7 месяцев и 7 дней, если точно.

– А учились где-то недалеко от Бостона?
– Да, примерно сорок миль от Бостона. Когда-то этот город был крупным промышленным центром, а сейчас 60% его жителей – эмигранты, в основном, латиноамериканские…

– Это обучение оплачивалось Вами?
– Нет. Тогда в американских университетах была масса специальных программ для привлечения иностранных студентов на непрестижные в то время научно-технические специальности, поэтому платить за учебу не надо было. А на жизнь я зарабатывал лаборантом-ассистентом.

– И вот Вы вернулись назад с блестящим английским языком. Что было дальше?
– Ну, да. С блестящим английским языком, американской улыбкой и с 20 долларами в кармане!

– То есть уезжали с сорока, а вернулись с двадцатью долларами?
– Нет, когда я уезжал, у меня точно было тысячи две с собой. Там такая жизнь, что, даже зарабатывая тысячу долларов, практически все я тратил на жилье и еду. А надо было еще тусоваться с «золотой молодежью» из 30 стран, учившейся в моем университете – ведь во многом ради общения с людьми других культур я и ехал в Америку.

А надо было еще тусоваться с «золотой молодежью» из 30 стран, учившейся в моем университете

Помню, как вернулся я в Москву в конце марта 1999 года, смотрелась она тогда не очень: хмурые пенсионеры в магазинах, грязный снег на улицах…

– После Америки тяжело, понимаю…
– Да-да-да. Так и было… Первые три дня меня захватила депрессия. Ну, ничего, потом стал ходить на работу! А еще обнаружил, что на некоторое время стал звездой московских ночных клубов – пока через 2-3 месяца не сошла американская улыбка!

– На работу Вы вернулись в ту же компанию?
– Да, в ту же. Там еще шесть лет проработал, сделал много проектов.

– А чем Вы занимались?
– Тогда начала развиваться IP-телефония… Мы делали карточки для дешевых междугородних и международных звонков.

– Хорошая была вещь, популярная. Не сразу сюда пришла, но достаточно быстро потом развивалась.
– Да, и самое интересное, что я еще в Америке стал этим заниматься, пытался на этом заработать, продавать карточки международным студентам.

– А Ваша компания сама предложила развивать проект в России?
– Да, специально под него закупили американскую платформу, за какие-то баснословные деньги, потратили порядка 150-200 тысяч долларов. Потом я со своим одногруппником с Физтеха, буквально «на коленках» сам достаточно быстро написал эту платформу. И она точно проработала больше 10 лет.

– И почему Вы ушли из Orange?
– После восьми лет работы в компании я понял, что уперся в потолок. А еще к тому моменту я женился, и у меня начался кризис тридцатилетнего возраста. Захотелось что-то изменить.

После восьми лет работы в компании я понял, что уперся в потолок

– Как складывалась карьера дальше?
– Я ушел в Alcatel, но проработал там недолго. Мой бывший начальник из Orange позвал меня обратно в новый проект, это был системный интегратор, который строил телекоммуникационные сети. Там я общался с большим числом клиентов, делал им в том числе консалтинговые проекты, и мой кругозор значительно расширился. Поэтому через 2,5 года стали возникать мысли о собственном бизнесе.

Ярослав Городецкий: В наших планах оставаться самой передовой компанией в отрасли– Как Вы определили для себя нишу для бизнеса?
– Ну, на самом деле она меня всю жизнь преследовала. Даже мой одногруппник (который кстати потом долгое время работал в Cisco) писал диплом на тему CDN. То есть уже в 1998 году было понятно: чтобы сайты работали быстро по всему миру, надо делать распределенную сеть серверов, чтобы приближать контент к конечному пользователю. Но тогда Рунет был в основном сосредоточен внутри МКАД, и CDN был бы у российских клиентов не востребован.
А вот когда на рубеже 2006-2008 гг. в России стало развиваться интернет-видео, на Москву приходилось только 25 % пользователей интернета, а остальные 75 % были в регионах. Так что нужно было строить распределенную сеть серверов, чтобы видео в хорошем качестве стало доступно интернет-пользователям по всей России. Стало понятно, что рыночная ниша для CDN в России есть и пока она свободна.
Еще находясь в системном интеграторе, я делал консалтинговый проект, связанный с CDN. Многие тогда размышляли о выходе на этот рынок. И мы с одногруппником и коллегой по Orange, не остались в стороне: поняли, нам хватит компетенции и решили запустить собственное решение на стыке телекома и интернета. Поэтому в 2008 году я начал искать деньги, а в 2010 году запустил компанию…

в 2008 году я начал искать деньги, а в 2010 году запустил компанию…

– Как произошло это чудо – контракт с ВГТРК?
– Во-первых, я был знаком с ними еще в 2008 году, работая в системном интеграторе, и уже тогда продвигал тему CDN. Помню, в тот год было солнечное затмение, и у них была задача транслировать его в интернете, для чего они купили у операторов связи дополнительные каналы связи и потратили на них большие деньги. Когда даже этих каналов не хватило, их команда убедилась в необходимости построения CDN.

– А кто был Вашим первым клиентом?
– «Софт Лайн», я лично его нашел на Российском интернет-форуме в 2010 году. Когда стал обзванивать контакты по визиткам с выставки, оказалось, что «Софт Лайну» нужно было срочно транслировать проводимую ими конференцию. Они, конечно, не подозревали, что они у нас первые – трансляция конференции прошла удачно, и они стали с нами постоянно сотрудничать. Потом, правда, год не пользовались услугами, но все равно продолжали платить. Думали наверное, что еще будут конференции, но, видимо, что-то не срослось… На тот момент мы предоставляли цены на услуги ниже себестоимости, но за счет таких прекрасных клиентов, которые покупали впрок, получили необходимый оборотный капитал.
Кстати, должен сказать, я очень благодарен покойному Юрию Михайловичу Лужкову. Лично мы с ним, конечно, никогда не общались, но мы пользовались поддержкой Правительства Москвы: размещались в технопарке на Строгино, за 40% от рыночной стоимости, всего 15 тыс. рублей платили за аренду. А еще мы получили хорошую субсидию, около двух с половиной миллионов рублей.

мы получили хорошую субсидию, около двух с половиной миллионов рублей

Нам эти деньги очень тогда помогли, дали возможность умощнить свою сеть серверов и привлечь больше клиентов. И было приятно потом отчитаться, что полностью вернули их в виде
налогов.

– CDNvideo. Кто придумал такое роскошное название?
– Когда я придумывал его, то понимал, что создаю его не для людей, а для поисковиков.

– 100-процентное попадание «в яблочко».
– Чтобы проще было раскрутиться. При этом, было ясно, у названия есть свои недостатки.

– А в чем недостатки? Мне кажется, очень удачное название.
– Нет, я имею ввиду, что потом ничем другим нельзя будет заниматься, кроме трансляций видео через CDN. Иногда проблема объяснить, что мы умеем не только это. Даже когда пытаемся продать CDN для других целей, например для ускорения сайта.

– Ну, было бы, чем заниматься и на что заниматься, а название компании придумать не проблема. Скажите, каким образом так получилось, что в Вашем пакете было достаточно много музыкальных каналов? Они к Вам сами шли?
– В данном случае мне повезло с людьми. Я взял на работу коммерческого директора, который очень хорошо разрыхлил почву,пообщался со всеми российскими каналами, раскидал информацию. Он был человеком очень творческим, не очень системным, но на том этапе это сыграло нам на руку. Потом он ушел, я взял уже менее творческого, но более системного человека, который по этой взрыхленной почве прошелся катком, продал все, что мог. Несмотря на то, что у сотрудника было мало опыта, он пришел фактически от одного из знакомых акционеров и сделал нам очень хороший бизнес. Сейчас у него своя компания, и мы до сих пор в отличных отношениях.
Вообще, можно сказать, что мы со своим потоковым вещанием через CDN попали в попутный поток, который помог нам быстро развить бизнес.

мы со своим потоковым вещанием через CDN попали в попутный поток

– В нужном месте, в нужный час.
– Еще, кстати, я часто рассказываю историю, почему именно в 2010 году ВГТРК пришли. Незадолго до этого тогдашний Президент Медведев ездил в Силиконовую Долину, где Стив Джобс подарил ему айпад, после чего айпады появились у всех российских чиновников. А еще незадолго до этого Стив Джобс запретил старый и внедрил новый стандарт вещания на устройствах Apple. Так что ВГТРК нельзя было в тот момент не вещать на айпады, но делать они это технически не могли. А мы были первыми из российских CDN’ов, кто вовремя, быстрее всех, за две недели напряглись и сделали необходимое решение для вещания айфоны иайпады.

– Ваш партнер – технический гений?
– В принципе, да. Он как раз тот человек, который всю жизнь учился только на «пятерки» в Физтехе. У него была золотая медаль, красный диплом и т.д.

– То есть у Вас получилось, как у Билла Гейтса и Пола Аллена. Гейтс – ведь гениальный продавец, просто гений продаж.
– Ну, вообще, я особо и продавцом-то не был никогда до того момента, как основал компанию. В целом навыки продаж стартапера резко вырастают, когда на счету не остается инвесторских денег – примерно так у нас и было осенью 2010 года.

навыки продаж стартапера резко вырастают, когда на счету не остается инвесторских денег

– А история с Китаем, с китайским инвестором. Сложилась или нет?
– Сложилась. Мы уже три года с китайскими инвесторами, работа идет хорошо. Они, с одной стороны, стараются помогать нам, а с другой – доверяют и не вмешиваются в операционную деятельность.

 Вы работаете только на российском рынке или интегрированы в те проекты, которые они делают?
– Нет, мы фактически работаем на российском рынке, в СНГ, странах Балтии. Наша территория – бывший Советский Союз.

– То, что в Китае называется «Западная Азия». Знали?
– Нет…

– Когда я оформлял визу в Тайвань, мне сказали, пишите «Западная Азия» в графе региона. То есть мы для Тайваня «Западная Азия».
–Западная Азия, интересно…

Ярослав Городецкий: В наших планах оставаться самой передовой компанией в отрасли– А Польша входит в Ваш спектр стран?
– У нас есть клиенты и не только из бывшего СССР, никто нам не запрещает сотрудничать с ними, не бьет по рукам. Просто фокус у нас на страны бывшего СССР. А так еще неплохо ведем работу с арабскими странами, Израилем.

– А как с Израилем работать? Специфическая страна же…
– Когда им что-то нужно, китайцы, израильтяне и арабы сами приходят. К примеру, если им надо в Россию раздавать контент и т.д. Ну и, конечно, они очень хорошо умеют считать деньги.

– Я думал, что Вы там работаете.
– Суть в том, что им нравятся наше качество, наши цены, они нам доверяют. Да и решения они принимают примерно так же, как россияне: очень много внимания уделяется техническим деталям. Мы пытались продавать услуги Западной Европе, но это бесполезно, если не вложить миллионы евро в маркетинг. Так что в Западной Европе у нас нет продаж, за исключением тех случаев, когда мы продаваем нашим бывшим соотечественникам.

Мы пытались продавать услуги Западной Европе, но это бесполезно, если не вложить миллионы евро в маркетинг

– После привлечения инвесторов Вы не обсуждали возможность открытия точки в Европе? Как Яндекс сделал.
– Там все равно люди привыкли совсем по-другому думать… Возьмем к примеру Akamai, американскую компанию, которая продает очень нишевую услугу, интересную максимум тысяче компаний в мире. И все равно ее реклама есть в лондонском аэропорту.

– Ну, значит, это работает, иначе не вкладывали бы столько денег в дорогостоящую рекламу в аэропорту.
– Я к тому, что надо какие-то огромные деньги вложить, чтобы с тобой просто начали разговаривать.

– И последний вопрос. Какие планы у компании?
– Во-первых, оставаться номером один на российском рынке. Считаю, что мы и Ngenix, два лидера, сейчас более-менее разошлись по нишам и не мешаем друг другу развиваться. И в наших планах – оставаться самой передовой компанией в отрасли, внедрять все новые веяния.
Одна из главных задач – сделать трансляции с задержкой меньше одной секунды. А глобально – расти за счет большей автоматизации, привлекать больше клиентов, наращивать клиентскую базу в сегменте средних компаний, которым требуются более интегрированные решения. Сейчас появились такие услуги, как монтажный стол: можно принять поток данных, нарезанные куски выложить на сайт. То есть, грубо говоря, в эфире телеканала идут новости, и тут же эти новости оказываются на сайте в предложениях.
Наша задача – делать те услуги, которые будут нас выгодно отличать на рынке и будут решать проблемы клиентов. В принципе, мы очень много занимаемся машинным обучением и уже заработали на этом неплохие деньги, потому что умеем создавать контент автоматически при помощи нейросетей. Имя клиента раскрывать, к сожалению, я не могу.

мы умеем создавать контент автоматически при помощи нейросетей

Надеюсь, мы сможем сопоставить наш опыт в интернет-трансляциях видео и уже появившийся опыт в нейросетях, сможем придумать новые решения и привнести кардинальные изменения в модель потребления контента. В какой-то момент мы откажемся от привычного разделения контента и рекламы и будем доносить до аудитории интегрированный поток – контент плюс реклама – и он не будет ее раздражать. Это то, над чем мы сейчас работаем, и достаточно активно.

close

Подпишитесь

на нашу рассылку!

close

Рады, что Вы с нами!

Подпишитесь, чтобы регулярно получать контент!

Advertisement