Александр Шариков: Ожидается закрытие значительного числа небольших медиапредприятий. Несладко будет и крупным

Александр Шариков, профессор департамента медиа факультета коммуникаций, медиа и дизайна «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ), академический руководитель магистерской программы «Менеджмент в СМИ»

Александр Шариков: Ожидается закрытие значительного числа небольших медиапредприятий. Несладко будет и крупным
Александр Шариков

1. Та часть медиаиндустрии, которая жестко завязана на рекламную модель, уже сейчас испытывает шок. Этот шок будет особенно заметным и драматичным в регионах, где основная часть рекламодателей представители малого и среднего бизнеса, который в современной ситуации буквально терпит крах. Там снижение рекламных доходов может доходить до 90. Ожидается закрытие значительного числа небольших медиа-предприятий. Но несладко будет и крупным медиапредприятиям. Кризис носит глобальный характер, и крупные рекламодатели (как правило, это ТНК транснациональные корпорации) тоже буду ужиматься. Ведь известна закономерность, что первое, от чего отказываются предприятия во время кризиса, это реклама. Крупная ТНК может сократить рекламные издержки и смягчить таким образом свои потери дохода на 1-2%, но для рекламной индустрии это может обернуться падением до 30%. 

Как следствие, потребуется снижение издержек на самих медиапредприятиях. За счет чего? За счет всего того, на чем только можно сэкономить. Придется сократить доходы сотрудников, разного рода премии и дивиденды. Придется попытаться найти более дешевую аренду помещений и техники. Придется договариваться с банками о реструктуризации выплат по кредитам, если они есть. И много чего еще.

Однако я не ожидаю тотального закрытия СМИ. Они будут лихорадочно искать поддержку везде, где смогут. Повысится дотационная составляющая, причем как от государственных и муниципальных структур, так и внутри холдингов. Некоторые медиа-активы будут поглощены более крупными игроками, но выживут как действующие СМИ.

Выживут те, кто сможет перестроить работу сотрудников, избавиться от не очень компетентных «своих», пригласив более профессиональных многофункциональных «чужих».

Коротко: медиаиндустрия изменится кардинально, еще больше сместится в онлайн-технологии с минимизацией издержек.

Александр Шариков: Ожидается закрытие значительного числа небольших медиапредприятий. Несладко будет и крупным
Юлия Шахманова

2. Если говорить совсем обобщенно, то наиболее востребованными будут технологические решения с оптимальным соотношением «издержки / качество». Имеется в виду и качество производимого контента, и качество управления, и качество используемых технологий. Конкретно, это будет зависеть от типа и масштаба медиакомпаний, а также от тематического профиля и характера их деятельности.

Advertisement

Будет активно развиваться технологическая синергия в виде каких-либо пулов, объединений, партнерства и т.п.

Впрочем, во всем том, что касается технологий, прогнозирование их востребованности в ситуации турбулентности и почти предельно высокой энтропии дело неблагодарное. Потому на этом и остановлюсь.

3. Формально основное место моей работы Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ), факультет коммуникаций, медиа и дизайна, департамент медиа, где я занимаю должность профессора и являюсь академическим руководителем магистерской программы «Менеджмент в СМИ». Хотя параллельно я тесно сотрудничаю с целым рядом телерадиокомпаний. 

Что касается университета, весь профессорско-преподавательский состав находится сейчас в ситуации сильнейшего стресса. Попытка перейти с привычного вида обучения студентов на онлайн-формы создаёт колоссальные трудности.

Пример. Сейчас на выпускных курсах проходят предзащиты дипломных работ (точнее, в современной терминологии ВКР, то есть выпускных квалификационных работ). Что такое предзащита в онлайн-идеологии в таком вузе, как НИУ ВШЭ, на магистерской программе, где почти половина студентов из других стран? Студенты разъехались по домам и общаются с преподавателями через интернет из своих городов. И мы с коллегами слушаем их. Они показывают презентации, комментируют. Мы задаем вопросы, они отвечают. Если в обычных условиях ответ одного студента укладывается в интервал от 15 до 30 минут, то в онлайн-режиме это занимает в разы больше времени. Почему? Все очень просто. Везде разные мощности и качество телекоммуникаций, разная пропускная способность. А студенты подключаются то из Владивостока, то из Махачкалы, то из Иркутска, то из Донецка, то из Риги, то из Барселоны, то из Бангкока (Таиланд) и т.д. и т.п. Связь постоянно прерывается, мы вынуждены работать параллельно по нескольким каналам связи от сотовой телефонной до Whatsapp, от Zoom до Skype. А это уже требует детального знания каждой из этих платформ. Но ведь мы работаем без технической поддержки мы сами себе IT-специалисты. И это превращается в кошмар, особенно для людей гуманитарного склада и старой профессуры, которая не очень дружит с современными техническими разработками. Самый тяжелый случай это когда после пяти-десяти попыток выйти на прямую связь студент решает записать свой ответ на видео и выложить его в интернет. Затем преподаватель просматривает эту запись и в письменном виде делает замечания. То, что на устной защите занимает 15 минут, теперь занимает более часа, а то и двух, если замечаний много.

Невозможно дистанционно проводить контрольные работы  только примитивные тесты. И то, мы же не знаем, списывает студент ответы или нет. Думаю, что найдется немного студентов, которые будут выполнять задание, никуда не подглядывая. Так рушится контроль знаний. Следовательно, снижается качество обучения, и те студенты, которые приняты на платные места, могут задать вопрос: а насколько адекватна их плата за такое обучение? Не слишком ли она велика?

Теперь о медиакомпаниях. Все, кого можно отправить на дистанционный режим, отправляются туда руководством без всякого сожаления. Но возникают и трудности. Так, многие сотрудники московских компаний (не только СМИ) сами родом из других мест, а в Москве снимают жилье, часто очень скромное. Я столкнулся с тем, что у некоторых из них дома не оказалось компьютеров, способных работать с профессиональным ПО. Кому-то руководство выделило такие компьютеры, но тут другая беда нашлись люди, у которых не оказалось даже мебели, например, стола для того, чтобы установить на нем компьютер. Пришлось предоставлять таким сотрудникам столы и стулья из офисов. Вот до чего доходит. 

Не все психологически выдерживают работу дома. Недавно получил смс-сообщение от одного интернет-аналитика. Он написал: «Очень хочу в оффлайн!» Прямо-таки крик отчаяния. Добавьте к этому присутствующих дома детей, которые хотят, чтобы папы и мамы им уделяли внимание, других домашних. Работать намного сложнее. Производительность падает. 

Телевизионная картинка ухудшается, когда ведущие работают не из студии, а из дома ощущение дилетантства. Профессионализм куда-то уходит.

 И последнее. Переход на дистанционный режим часто нарушает производственные цепочки и вносит больше «шумов» (используя терминологию теории информации), что, в конечном итоге, ухудшает информационное и управленческое качество в деятельности организаций. Вот что мы имеем. Надолго ли? 

 

close

Подпишитесь

на нашу рассылку!

close

Рады, что Вы с нами!

Подпишитесь, чтобы регулярно получать контент!

Advertisement