Борис Машковцев: «Модернизироваться раз и навсегда нельзя, это перманентный процесс»

Интервью с директором Студии «Союзмультфильм» Борисом Машковцевым.

– Насколько важна «цифра» в анимации сегодня? Насколько современное производство цифровое?

– В анимации цифровое производство стало применяться в первую очередь. К слову, наши коллеги за рубежом использовали цифровые объекты в пайп-лайне еще в конце 80-х. 

Дело в том, что для анимационного производства использование пленки крайне неудобно и отчасти рискованно: если результат невозможно увидеть сразу, то очень высока вероятность брака. Представьте: вы создаете две секунды рисованной анимации в день и только через несколько суток, когда материал будет склеен с соседними сценами, понимаете, что нужно переделать. Поэтому это естественно, что все современные фильмы независимо от технологии производства переводятся в цифровой формат. Практически весь рынок сбыта нашего контента – цифровой, в том числе, телевидение, кинопоказ. Кроме того, «цифра» позволяет легко обмениваться материалами с зарубежными коллегами. При этом, оригинальный материал «Союзмультфильм» хранит на сервере, и в случае необходимости из DPX- последовательности он переводится в удобные для вещателей и дистрибьюторов форматы.

– DCI-mastering вы тоже делаете, если отдаете материал для кинопоказа?

– Наш контент в основном распространяется посредством телевидения и сети интернет, что подразумевает ProRes-файлы. Если же мы выпускаем полнометражный релиз в кинопрокат, то предпочитаем, чтобы DCI-mastering сделала внешняя компания, специализирующаяся на такого рода вещах, поскольку здесь требуется совсем иной технологический подход.

– Киномастер и телевизионный мастер – это два параллельных процесса?

Advertisement

– Совершенно верно. Мы на студии более компетентны в подготовке материалов для телепоказа и интернет-вещания. Этот контент изначально создается в более простой, нежели полнометражный фильм, эстетике, которая выдерживает технические компромиссы и будет одинаково хорошо смотреться на экране телевизора, смартфона, планшета и др. 

Для кинотеатров мы можем готовить только различные мультсборники и альманахи – исходный материал здесь также проще.

– Руководитель IT-департамента «Союзмультфильма» Алексей Ганков как-то упомянул, что вы сканируете архивные материалы и используете в производстве. 

– Речь идет о том, что мы восстанавливаем фильмы советского времени. Это не только одна из новых сфер деятельности Студии, но и, в некоторой степени, наша миссия. Частью современного «Союзмультфильма» является уникальный научно-выставочный отдел, который занимается изучением и сохранением наследия студии, накопившегося почти за более чем 80 лет существования.

– Разве архивы хранятся не в Государственном фильмофонде?

– В «Госфильмофонде» материалы находятся на сохранении, а я говорю об исследовании, изучении, восстановлении. «Госфильмофонд», при его гигантской библиотеке, не может сосредоточиться на творчестве одной отдельно взятой студии. Опять-таки, возникает большое количество вопросов, например, как восстановить фильм, чтобы он был аутентичен? Мы считаем, что студия имеет больше шансов добиться хорошего результата. При этом нельзя гарантировать что этот результат будет технически абсолютно идеален, поскольку фильм хранился на пленке несколько десятилетий.

– Однако это успешно делает «Мосфильм» со своей коллекцией.

– Несомненно. В то же время есть множество нюансов, касающихся именно анимации. В частности, технология производства предопределяет и степень пригодности материалов для дальнейшей реставрации. Когда анимационный фильм переводится из пленочного формата в цифровой – в HD, а тем более в 4К, – вы видите не только погрешности, возникающие на пленке при сканировании, но и погрешности, которые допустили авторы, работая с мультстанком. Например, пыль, которая была на каком-либо из ярусов станка.

– Получается, нужен особый вид реставрации?

– Да. Грубо говоря, появляется необходимость перерисовать весь фильм. Либо найти какой-то гораздо более сложный алгоритм, чтобы убрать погрешности съемочного процесса. Идеальным решением было бы найти все целлулоиды и фоны от фильма, но это, к сожалению,  невозможно.

– «Госфильмофонд» дает оригиналы для сканирования или вы берете цифровые копии?

– Мы берем цифровые копии. Но хотим перейти на другой формат, – заказывать «лаванду» (промежуточный позитив, – прим.ред.) и сканировать дальше самостоятельно в разных режимах. Будем таким образом искать вариант восстановления, который будет убирать все погрешности. 

– Сейчас «Госфильмофонд» тоже работает над своим отделом реставрации. Вы не обращались к ним со своими специфическими запросами?

– Пока еще нет, но было бы интересно попробовать. Замечу, что нам не сколько принципиально техническое восстановление фильма, сколько воссоздание его в том самом виде, в котором его видел автор. Важно, чтобы кино было цельным по материалу. Например, в фильмах 1937–1938 годов выпадают монтажные планы, и нам приходится их искать в других копиях. Или же мы сталкиваемся с тем, что в трехпленочных фильмах утеряна часть материала, и что-то сохранилось в только в черно-белом цвете. Для того, чтобы восстановить произведение в максимально аутентичной версии, мы, по возможности, обращаемся к авторам оригинала.

Именно таким образом мы действовали при восстановлении «Тайны третьей планеты» к юбилею Кира Булычёва. Процесс восстановления консультировала художник-постановщик Наталья Орлова и композитор Александр Зацепин.

– Кстати, это в точности повторяет подход «Мосфильма». Оператор Анатолий Петрицкий отсматривает отреставрированные фрагменты и выносит экспертное заключение на соответствие их первоначальному  замыслу.

– Безусловно, технология и техническое качество восстановления при переводе из аналоговой среды в цифровую имеют большое значение. Но самое главное – не потерять художественную идею, и не начать допридумывать кино за его авторов. При этом, мы понимаем, что сейчас художник-постановщик, возможно, сделает цветокоррекцию, которая будет отличаться от пленочной версии, но это все равно будет его авторское мнение.

– Своего рода авторская версия?

– Его авторское высказывание, а не наше.

– Планируется ли онлайн-хранилище, как, к примеру, онлайн-кинотеатр «Мосфильма», с бесплатным доступом к исторической коллекции?

– На данный момент мы агрегируем коллекцию «Союзмультфильма» на YouTube, где у нас есть собственный канал. Мы ориентируемся на то, как устроена наша аудитория, а она сейчас активно использует Youtube. Канал открылся чуть более года и развивается очень быстро. Уже в 2018 году мы получили «Серебряную кнопку», и я думаю, что уже в первой половине 2020 года дойдем до «Золотой». Мультфильмы – очень популярный контент.

– Кому принадлежат авторские права?

– Авторские права – у «Союзмультфильма», который, согласно закону, выплачивает процент от доходов, которые приносит произведение, его авторам. Мы монетизируем наследие «Союзмультфильма», и этот факт периодически становится поводом для споров.

При этом, мне кажется, было бы странным, если бы Студия не возобновляла свои ресурсы за счет продаж. Мы же реинвестируем эти деньги в восстановление коллекции, в ее продвижение, в новые проекты. 

– И все же, что насчет хранения контента? 

– Файлы с оригинальным контентом хранятся на студии, где надежно защищены от пиратства или несанкционированного доступа. Мы точно знаем в чьи руки и когда отдаем копии. Естественно, чтобы все не замыкалось на единственном экземпляре создано резервное копирование. 

– Планируется ли техническая модернизация в ближайшее время? Будете ли вы расширять зону хранения?

– Модернизироваться раз и навсегда нельзя, это перманентный процесс. Студия прошла очень важный этап принципиального изменения подходов к технологии производства. В 2017-2018 гг. «Союзмульт­фильм» одновременно переехал в новое здание, внедрил современные технологии и пригласил релевантных этим технологиям специалистов. 

Следующий этап развития – не только масштабирование собственных проектов Студии, но и развитие запущенного при поддержке Правительства Москвы в 2018 году проекта «Технопарк». 

– «Технопарк» – это инкубатор «Союзмультфильма»?

– Это действенная экономическая модель не только для «Союзмультфильма», но и для других студий. Свою эффективность формат технопарка уже показал в Китае и Корее, где сейчас происходит бурное развитие индустрии. Задача заключается в создании некоего «заповедника», а не инкубатора, поскольку анимация пока что еще «редкий зверь». Поэтому нас нужно, во-первых, сохранять, а, во-вторых, увеличивать нашу «популяцию». Формат «технопарка» позволяет делать именно это. На территории студии-мейджора на льготных условиях размещаются маленькие студии, которые пользуются возможностями «гиганта». В то же время формируется уникальная креативная среда, которая позволяет оптимизировать рост как студии, так и отрасли в целом.

– Вам не кажется, что в современном мире локализация под одной крышей – не лучший вариант?

– В текущей ситуации – это шаг к развитию. Российская коммерческая анимация существует около пятнадцати лет, и все эти годы она формировалась в условиях полной децентрализации. 

– Может, она и успешна оттого, что была децентрализована?

– На первоначальном этапе это действительно способствовало развитию. Однако со временем стало очевидно, что, если мы хотим достичь стремительного роста отрасли, то без помощи государства, региональных или муниципальных властей не обойтись. Помимо прямой поддержки, необходимы соответствующие законодательные акты, особые экономические режимы, которые позволят привлекать частные инвестиции.

Сейчас, несмотря на децентрализацию, в основном вся анимационная индустрия сосредоточена в трех городах – в Москве, Санкт-Петербурге и Воронеже. Для дальнейшего масштабирования отрасли в российских регионах необходимо развитие ее кадрового потенциала, повышение его качества, что невозможно без налаженных взаимосвязей и соответствующей поддержки.

– Почему именно в регионы? Это же может с успехом осуществляться и на аутсорсинге за границей?

– Этот процесс происходит параллельно, мы пользуемся всеми возможностями зарубежных рынков. «Союзмультфильм» сейчас помимо производства внутри страны активно стремится в сторону международной копродукции. Наш сериал «Оранжевая корова» создается в совместном производстве с французской компанией CYBER GROUP, что дает нам возможность для осваивания зарубежных  компетенций. 

При этом, важно развивать и собственные национальные ресурсы. 

– Если посмотреть на опыт, например, студии Pixar, куда стремятся все фрилансеры, что самое сложное?

– Поскольку это конвейерная модель производства, то важно, чтобы студия могла дать сырье для производства и точно поставить задачи. Поэтому на «Союзмультфильме» мы, в первую очередь, учимся доводить материал, например, до состояния аниматика, который будет понятен будущему исполнителю, независимо от его местонахождения. 

После этого часть производственного коллектива можно разместить на Студии и договориться с аутсорсерами. Общая цифровизация производства позволяет делать это безболезненно и почти незаметно для нас, как для «студии А». «Студия Б», при этом, частично может располагаться на нашей территории, а частично, где угодно.

– Вы с энтузиазмом рассказываете про анимацию, но появляется совершенно новый вызов – НИКФИ, Студия Горького, «Леннаучфильм»…

– Этот вопрос находится в компетенции генерального директора киностудии им. Горького Юлианы Слащевой, которая также является председателем правления киностудии «Союзмультфильм». 

Я же нахожусь в должности директора «Союзмультфильма».

– Вы будете иметь отношение к новым проектам?

– Думаю, здесь безусловно благотворная среда для создания коллаборации. Я практически уверен, что именно смешение технологий игрового кино и анимационного может помочь возобновить производство детских и юношеских фильмов, где очень важен элемент фантастического допущения, элемент сказки.

Анимация – самая удобная механика для воплощения на экране всевозможных миров.

Кино при этом уже давно ушло от создания спецэффектов с помощью комбинированной съемки или посредством оптических иллюзий. В современном массовом кинематографе популярны виртуальные персонажи, герои, созданные посредством компьютерной графики и анимации. 

– Вы считаете, что Киностудия имени Горького должна ориентироваться на детскую и юношескую аудиторию?

– То, что Киностудия им. Горького создает детские и юношеские фильмы, а также научпоп и документалистику – историческая данность. В то же время любая студия имеет право выбора: либо быть технической базой для сторонних продюсеров, – и это неплохой путь, либо самой стать продюсером. «Союзмультфильм» реализует обе функции, но нам тоже в свое время необходимо было выбрать, какая из них будет доминировать.

На старте преобладающей была именно функция продюсера: у нас была техническая база, но мы делали ее под собственные нужды. Спустя какое-то время стало понятно, что эта часть задач реализована, и теперь мы можем превратиться в базу для других студий, преобразоваться в технопарк. Мы предоставляем оборудование, специалистов и готовы поделится своими компетенциями, чтобы другие люди инициировали творческий процесс. 

Могу предположить, что скорее всего, Киностудия им. Горького находится примерно в том же состоянии, в каком «Союзмультфильм» пребывал два с половиной года назад: ее нужно инфраструктурно и технически обновить, собрать сценарный портфель для производства. В этом случае, как техническая база, студия может стать универсальной площадкой для создания любых фильмов – для взрослых, для детей, авторских или коммерческих.

– Получается, что и с Disney возможны совместные проекты?

– Disney и выбрал в России путь сотрудничества. Пример – фильм «Последний богатырь», созданный компанией совместно с отечественной студией. По такому пути идет весь современный  кинематограф.

При этом, конечно, всегда существует и конкуренция, в том числе, технологическая. И кстати, на этом поле нам очень тяжело играть из-за разницы в бюджетах. Даже зная технологии, мы не можем их использовать в таком масштабе, чтобы позволить себе снять что-то подобное последнему «Королю Льву». Не потому, что не понимаем, как это сделать, просто пока не можем позволить себе работать с фильмами такого масштаба. У нас еще нет широких выходов на зарубежные рынки, поэтому фильмы попросту не  окупятся. 

Почти все деньги, которые требуются в высокотехнологичном производстве связаны с расходами на кадры. Если взять тот же самый Pixar, то там одна половина коллектива решает технические задачи, а вторая— творческие. Креативные специалисты владеют технологиями на 100% и стоят крайне дорого.

Для достижения российской анимацией уровня мирового качества недостаточно владения технологией или способностью порождать идеи. Необходимо, в том числе, привлекать специалистов из-за рубежа. К примеру, у нас нет знаний о том, как создать сценарий, который будет востребован по всему миру – это на самом деле сложно.

Для достижения такого уровня необходим опыт. На протяжении пятнадцати лет наша 3D-индустрия фактически рождалась самотеком. Внутри страны не было теории, не было систем образования, и все были в каком-то смысле самоучками.

– Видимо, успех «Маши и медведя» всех заразил.

– Не только. Если бы это был единичный успешный кейс, то чуда не случилось бы. И в рамках российской модели коммерческого анимационного кино «Маша и медведь» тоже стоит особняком. Это проект с очень высокой себестоимостью и с очень серьезной историей успеха, которая не сопоставима с той экономической моделью, по которой работают остальные студии. Такие кейсы являются прорывными для индустрии, но нам важно, чтобы были и цементирующие проекты, на которых базируется индустрия.

Отрасль сейчас сформирована десятком долгоиграющих студий с коммерческими сериалами или долгосрочными полнометражными проектами. Всего же в стране примерно около семидесяти студий.

– Планируется ли кооперация с частными студиями?

– Мы этим уже занимаемся. Было бы нецелесообразным в пятиэтажном здании замыкать абсолютно все производство, всех творцов и все идеи. Необходимы и другие форматы сотрудничества. Сейчас у «Союзмультфильма» три совместных проекта с внешними студиями в формате сопродюсирования: работа над фильмом идет с самого начала, от идеи. Более того, часто идеи приносят именно будущие партнеры. А мы занимаемся финансированием, маркетингом и дистрибуцией.

– Получается распределенное производство?

– Это очень гибкая структура, в которой есть разные варианты. Можно и производство отдать под ключ другой команде, если она самодостаточна. Зачастую появляется компания с хорошей идеей, но не хватает какого-то одного вида ресурсов. Например, недостаточно средств, выходов на рынки сбыта или оборудования. Есть идея, есть представление о способах ее реализации, но закупать оборудование и содержать техническую базу невыгодно на стадии стартапа. Реализовать такой проект можно, опираясь, например, на ресурсы технопарка.

Анимация всегда была дорогим видом искусства с длительным периодом производства и без возможности сэкономить. С точки зрения инвестирования это кажется менее выгодным, чем игровое кино. Мы имеем дело с очень специфичным конвейером, освоить который под силу не каждому менеджеру игрового кино, поскольку это совершенно другой способ планирования производства и взаимоотношений с коллективом.

При этом анимационная индустрия сегодня кажется многим очень привлекательной, и я думаю через несколько лет этот интерес оправдается достойным местом на мировых рынках.

close

Подпишитесь

на нашу рассылку!

close

Рады, что Вы с нами!

Подпишитесь, чтобы регулярно получать контент!

Advertisement